— Ну-ну. Крутая тачка — это еще не всё.
Клэр отвернулась и махнула рукой следующему клиенту, дав понять, что скоро подойдет.
— Талант и правильный подход — вот залог успеха. Публика любит загадочных персонажей. Особенно мужики. Может, все-таки попробуешь?
Оникс усмехнулась.
— Мужики любят вообще всё, что можно трахнуть.
— Но загадочное — особенно.
 Читать далее...   


— Отдай часть этой силы мне, дален, — одной рукой он крепко сжал ладонь, вторую прижал к тыльной ее стороне.
Насколько эта задача тебе по силам, Ужасный Волк? Не убить ее, не убить себя, не убить всех вокруг. Остановить то, что ты пустил на самотек, доверившись кучке фанатиков. Поделом. В следующий раз подумаешь трижды, прежде чем совершать подобную глупость. Конечно, если следующий раз наступит.
— Осторожно... — повторил Солас вслух, перебивая поток самоуничижительных мыслей. В такие моменты он бы с удовольствием уверовал бы в Создателя и молил бы его, чтобы все получилось. Но, — какая ирония! — единственным "создателем" этого мира был он сам.
 Читать далее...   


— Не гарцуйте, пастушки, — примиряюще-лениво бросил Майка. — Эй, — он махнул рукой на Марстона, — чернявый, скажи своему недоверчивому дружку, что я согласен вас подождать у того старого ветряка. И что я не люблю параноиков и психов. А кого больше — еще не решил.
Джон фыркнул. Артур не издал ни звука. Наверное, Майке всё же стоило быть благодарным, что они втроём находились в салуне, а салун, в свою очередь, был всего в одной улице от офиса шерифа. Так что Белл отделался единственным упреждающим толчком в плечо и кратковременным, но всё же вопиющим нарушением личного пространства.
— Так реши, кого ты любишь больше, — тихо прорычал Морган ему в лицо, — чтобы успеть привыкнуть к новому себе до того, как выяснишь, что среди нас есть ещё и убийцы.
На лице Марстона появилась почти незаметная довольная улыбка. Он кивнул Майке с максимально серьезным видом и, стараясь опередить любую возможность назревшего конфликта, ответил:
— Я обязательно ему передам. А теперь пойдем отсюда.
 Читать далее...   


Смерть. Её приближение, словно холодный душ, выбило из Оды жар прежней спеси. Его заносчивость, его чванливое и снисходительное спокойствие куда-то улетучивались, покидали тело. Пробоины в его защите сочились алой жидкостью. На краю его интерфейса плаксиво надрывалось, то увеличиваясь в размере, то уменьшаясь, оповещение о кровопотере. Давление падало, разгоняющий кровь хромированный насос из последних сил пытался насытить клетки повреждённого тела кислородом. Приложив усилие, сфокусировав взгляд, он посмотрел на своего врага уже не через экран маски, а собственными, цвета утреннего неба, глазами.
— Ты не тронешь её, — жадными глотками хватая воздух, процедил Ода сквозь зубы, — Я тебе не позволю!
 Читать далее...   

Каст Dragon Age ищет соратников!

Лилит ищет каст Borderlands!

Администрация Neutral Zone будет рада видеть персонажей Destiny!

Администрация Neutral Zone будет очень рада касту FarCry!

Neutral Zone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Neutral Zone » The Hero's Journey » Ограбление по-... :: RDR


Ограбление по-... :: RDR

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

http://forumstatic.ru/files/001b/a8/e1/89794.jpg

Ограбление по-...
http://forumupload.ru/uploads/001b/b3/84/13/667317.png

Участники:
John Marston, Arthur Morgan, Micah Bell

Место и дата:
зима, начало 1899 года; Ферма недалеко от торгового поста Манзанита

Всего лишь сходить на дело. Один раз. Успешно. Без провалов, без перестрелок, согласно заранее составленному плану. Разве что-то может быть проще?..

http://forumstatic.ru/files/001b/a8/e1/89794.jpg

Отредактировано Arthur Morgan (2022-09-14 19:18:38)

+4

2

— Морган! Эй, Морган! Мо-о-орган!
Сточенный до размеров детского мизинца карандаш застыл над озером, разлившимся у подножия Блэкуотера. Точнее, это на наброске, сделанном в едва купленном новехоньком блокноте озеро выглядело так, будто разлилось у подножия Блэкуотера — в реальности оно запросто тянуло на небольшое море, к одному побережью которого прилип развивающийся индустриальный городок, а на противоположном, по некоторым утверждениям, находился совершенно другой мир. Артур прислушался к нескольким секундам тишины, образовавшимся между окликами Дядюшки, в надежде, что этот хрыч примерзнет в каком-нибудь сугробе прежде, чем его найдёт, и снова коснулся грифелем бумаги.
— Артур Морган! Да куда ж ты запропастился, будь ты неладен?
— Заткнись ты уже, maldito pendejo! Сил уже нет тебя терпеть! — раздался немного приглушённый голос Хавьера из палатки, которого изрядно допекли последние минут десять этих безуспешных, хоть и громогласных поисков.
Он сопроводился едва слышным женским смешком, принадлежность которого не удалось установить, очередной бессмысленной руганью лишённого женского тепла Билла и грохотом замороженного куска мяса об деревянную доску. Морган вздохнул. Шум лагеря его не беспокоил, и он мог бы и дальше продолжать игнорировать старого прилипалу, доставшего всю банду своей обострившейся на зиму несуществующей болезнью. Но явное недовольство потерявшего страх Дядюшки, адресованное ему, Артуру, неприятно ущипнуло. Морган хлопнул кожаной обложкой по бумаге, так и оставив озеро куском чистого пространства, над которым, как над пропастью, завис Блэкуотер. И с намерением сказать пройдохе какую-нибудь пакость, чтобы отвязался, выкатился из-за телеги с продовольствием, возле которой Пирсон оборудовал место для котла.
— О, наконец-то! Артур!
Дядюшка, вопреки ожиданию страдальческой мины, раскрасневшейся от круглосуточного сидения возле костра, просиял благостной улыбкой и едва не обнял Моргана, взметнув полы сшитого из лоскутов, сбившегося и бог весть в чём изгаженного одеяла. Едва — потому что Морган ему этого не позволил, но резкая смена настроения оказавшегося ближе, чем хотелось, Дядюшки немного сбила его с толку.
— Так будь я неладен или "О-наконец-то-А-артур?" — хмуро передразнил он радостное восклицание, выставив ладонь вперед, чтобы пресечь новую попытку обниматься.
На скрытых порослью седых усов губах старика на мгновение появилась хитрая ухмылка, но тут же растворилась за отточенным многолетним опытом глуповатым выражением лица.
— Я тебя везде искал!
— Весь лагерь слышал, что ты меня искал. Но по какой-то загадочной причине никто не знал, где меня найти.
— Но я ведь нашёл.
Морган несколько долгих секунд смотрел в полные непробиваемой невозмутимости глаза старого прохиндея, выманившего его из укрытия уловкой, ухитрившись разозлить, и спрятал новенький блокнот в дорожную сумку, пояс которой перекинул через плечо.
— Я слышал, ты собираешься в город?
— Собирался. Но могу и передумать.
— Передумать? — неожиданно встревожился Дядюшка.
Он засеменил за Артуром, сделавшим широкий шаг в сторону импровизированной коновязи, которая была устроена на небольшой поляне между редкими деревьями.
— А как же бренд... то есть, я думал, девочки расстроятся. Они ведь так рассчитывают на то, что именно сегодня кто-нибудь поедет в город!
— Ну да. Особенно Карен расстроится без бренди, — тихо буркнул Морган, но ответил Дядюшке немного громче. — Тебя расстраивает то, что расстраиваются девочки — кстати, теперь понятно, откуда ты узнал, — или ты чего-то хочешь от меня?
Старик для виду помялся, пытаясь поспевать за куда более молодым и энергичным членом банды и одновременно не потерять то, что осталось от ободранного лоскутного одеяла, и постарался не звучать слишком жалобно:
— Как вы все знаете, мне не даёт покоя люмбаго...
Артур только фыркнул, накидывая потник, а затем седло на спину лошади.
— ... это опасная болезнь, которая становится ещё опаснее в таких условиях...
— Если это предсмертное желание, то компаньонов в город не беру.
— Пф, Артур! — слишком бодро возмутился неизлечимо больной. — Я и не напрашиваюсь. Но мне действительно кое-что нужно.
Морган слегка сунул кулаком под рёбра активно "помогающей" затянуть подпругу лошади, заставляя ту сдуться. И заодно немного сдулся сам — в самом деле, если желание Дядюшки не было об ограблении банка тысяч на сто долларов и немедленном переезде на ранчо в Калифорнии, почему бы хотя бы не выслушать его наверняка пустяковую просьбу?
— Что? Говори, я уже собираюсь выезжать.
— Овечью шкурку, — выпалил одухотворённый согласием старик, но тут же немного сник. — Хоть какую-нибудь. Можно самую маленькую. Я каждую ночь боюсь окочуриться от холода...
— Я посмотрю, что можно сделать.
— Можно самую паршивенькую!
— Я посмотрю...
— На поясницу!
— Да я понял!
Лошадь взволнованно пряданула ушами и немного закивала от поднявшегося шума, но мягко лёгшая на нос ладонь в тёплой перчатке её немного успокоила.
— Маленькая шкурка. Овечья. На поясницу, — повторил Морган, просунув ногу в стремя и наконец усаживаясь в седло. — Чтобы не окочурился от холода.
— И печенье.
— Возможно.
— И бутылку гуармского рома.
— А на это я уже не попадусь.
— Эх, жаль, — досадливо махнул рукой на не удавшуюся бессовестную авантюру Дядюшка, но вдруг совершенно искренне и доброжелательно улыбнулся. — Удачи, Артур! Возвращайся скорее!..
Договорить ему не дал очередной гвалт, учинившийся в лагере. Воистину, эта банда каждую ночь засыпала в обнимку и каждое утро просыпалась со скандалом.

Отредактировано Arthur Morgan (2022-09-15 16:47:58)

+6

3

Из-за телеги, принадлежащей Пирсону и его запасам, стремительно вылетел Джон, на ходу запахивая теплую куртку. Выглядел он столь же жизнерадостно, как темная туча на горизонте, обещавшая возможный снегопад.
— Артур, ты в город? — спросил он, оценив готовность коня Моргана и игнорируя обалделый взгляд Дядюшки. — Подожди немного, я с тобой.
Он быстро направился к своему коню, который при виде хозяина довольно вскинул морду и издал тихое нежное ржание. Но тут же прижал уши и немного отступил, когда следом за Джоном из-за повозки появилась пышущая гневом Эбигейл, кутающаяся в вязаную шаль, но, кажется, и без того могущая растопить весь снег в окрестностях лагеря.
— Ты думаешь, что так легко уйдешь от разговора?!
— А ты для начала скажи что-нибудь более конкретное, — куда тише ответил Марстон, не оглядываясь и быстро готовя разнервничавшегося Старика к поездке.
— Более конкретное?! — вопросила девушка, словно бы даже не веря своим ушам. — А сколько можно пытаться достучаться для тебя?!
На этом Джон дернул подпругу более резко, чем оно того стоило, заставив Старика тихо всхрапнуть, а потом развернулся и бросил:
— Тогда, может, ты просто оставишь меня в покое?
Эбигейл задохнулась от возмущения.
— Ты просто ничтожество! — воскликнула она и резко развернулась, бросившись прочь.
Джон быстро проверил упряжь и вскочил на коня. Он направил Старика к Артуру, проигнорировав жизнерадостное восклицание Шона про то, что в перепалке мало страсти, и хмуро спросил:
— Ты готов?
— Похоже, это она готова. Ты пробуждаешь в этой женщине неожиданные черты, — ехидно выдал заметно повеселевший Артур, дождавшись окончания концерта, и на той же ноте крикнул в спину удаляющейся фурии, — доброе утро, Эбигейл!
В ответ та лишь яростнее затопала прочь, скоро спрятавшись в своей палатке.
— Ты же не берёшь в город компаньонов, — подозрительно сощурился Дядюшка на Джона.
— А это не компаньон. Это жертва домашнего насилия.
Дядюшка издал серию крякающих звуков, являвшихся подленьким смехом, а еще больше помрачневший Джон наградил обоих взглядом, могущим оставлять пулевые ранения.
— Мы едем или нет?! — раздраженно спросил он, после чего, не дожидаясь ответа, сжал пятками бока коня,
отправляя его едва ли не в галоп.
Так же поступил и Артур, не став сгущать краски новыми, более чем красочными комментариями. Они спустились к реке, проехав через присыпанную редким снегом лощину, проехали вдоль подмёрзшей воды, лёд которой был слишком тонким для переправы, и пересекли её в том месте, где точно знали о наличии брода. Переправиться можно было и по мосту — но старые привычки заставляли инстинктивно держаться скрытых троп и наименее заметных отрезков, идущих параллельно с популярными маршрутами. Лишь когда они удалились от лагеря на пару миль, оба замедлили коней и позволили им идти трусцой, не выматывая животных перед будущей перевозкой груза и наездников из города обратно в лагерь. Джон огляделся, явно не видя красоты вокруг, не замечая чистый свежий снег, присыпавший корочку льда у берега и белые шапки на стеблях камыша, в которых искрами мерцал приглушенный наплывающими облаками солнечный свет.
— Датч не обмолвился случайно в каком-то из разговоров, мы долго еще будем тут торчать? — спросил он, явно еще неся остатки запала гнева.
— Что, уже хочется сбежать?
— А ты был бы рад, если бы я опять исчез? — с нескрываемым отвращением произнес Марстон. — Самому не надоело тыкать меня носом в это?
— Конечно, не надоело. И не надоест, пока ты не примешь ответственность за то, что натворил, — Артур сделал паузу, стараясь выбрать выражение помягче, но результат в заметно погрубевшем тоне свёл все старания на нет. — Пока я только вижу, как ты пытаешься от неё уйти.
Направленный вперед взгляд Марстона замер и приобрел опасную остроту, а мышцы на челюсти напряглись.
Он явно хотел ответить что-то резкое, грубое, но промолчал по какой-то причине, возможно из уважения к банде и Артуру, возможно из-за осознания того, что Артур прав. Он глубоко вздохнул и качнул головой, вместе с воздухом и паром от дыхания выпуская огромную часть эмоций. А потом посмотрел Моргану в глаза и сказал:
— Ты просто помни, что я вернулся и никуда не собираюсь, — тут его челюсти вновь сжались. — Но то, что между мной и Эбигейл, не касается ни тебя, ни кого-либо еще.
— Никого не касается… — тихо фыркнул Морган, слегка растягивая слова, как он обычно делал перед тем, как собирался разразиться сотней молний на одном дыхании. — Да это касается всех, кто в лагере, и не только их! Это касается всех лошадей, оленей, зайцев, диких кабанов, всех чёртовых рыб в этом чёртовом озере, все проезжающие мимо поезда и дилижансы и диких кошек на равнинах. Касалось бы и медведей, если бы они здесь водились, но вы бы и их разогнали своим страстным пылом!.. Давай сменим тему!
— Да пошел ты к черту, Морган! — воскликнул Джон, сумевший дослушать тираду старшего товарища с
огромным трудом.
Серый в яблоках ахалтекинец Артура внезапно припустил, вздымая не прибитый чужими копытами и морозом снег, и затормозил в метре перед носом у Старика Джона, заставляя того затормозить и слегка подняться на дыбы, когда ему резко преградили путь. Взгляд Артура, устремлённый Марстону в самые глаза, был угрожающим и тоже не предвещал совершенно ничего хорошего — но ровно в той мере, в которой более старший и опытный зверь в стае пытается уберечь более молодого от горечи ошибок — даже если это значит
горечь временного поражения для последнего.
— О, я с удовольствием пойду к чёрту, Джон, но только после того как твои мозги встанут на место или я их вышибу собственноручно. Давай сменим чёртову тему и оба спустим пар во время приятной прогулки за покупками в Блэкуотер, — конь попытался сделать оборот, не на шутку встревоженный волной злобы своего хозяина, но тот не дал ему пошевелиться. — И хватит записывать возвращение себе в заслуги. Датча и других ты этим подкупил — но только не меня.
Джон не отвел взгляд, а после молча тронул коня вперед, объезжая Артура, но до последнего сохраняя контакт глазами. Потом опять повернулся к дороге и бросил через плечо:
— Я вернулся не ради тебя. Потому можешь думать обо мне что хочешь.
— Ты даже не представляешь, что я о тебе думаю, — тихо и немного зло буркнул Артур, последовав за Джоном.
Судя по всему, тот последних слов вовсе не услышал — и это было к лучшему. Говорить больше, чем было сказано уже, не стоило.

Подпись автора

https://i.imgur.com/hAOO1lV.png

+6

4

От лагеря до Блэкуотера было всего ничего, поэтому неприязненное молчание не затянулось. Город, присыпанный свежим ночным снежком, выглядел как глазированное пирожное. Угольный дым еще не замутнил белизну темными разводами, на этом фоне даже местные жители казались более жизнерадостными и веселыми, чем обычно. Тем более зловеще выглядели Джон и Артур, въезжая на его улицы. Оба встряхнулись, постаравшись приобрести максимально обычный и незаметный вид. Джон бросил на Артура быстрый взгляд и спросил:
— Много дел в городе? Я пойду в салун.
— Дел хватит на две пары рук. И на две пары глаз.
Морган слегка склонил голову и тронул край шляпы пальцами, кивая женщине, идущей по заснеженному тротуару, которая слишком долго задержала на них с Джоном взгляд.
— Пока оставайся со мной. Нужно пройтись по списку покупок, навестить кожевенника… — Морган пренебрежительно хохотнул, — у Дядюшки обострилось “люм-ба-го” и превратилось в главную тему последних дней. Неужели и я в старости буду таким?..
Марстон досадливо поморщился, осознав, что легко уйти от лагерных обязанностей ему не удастся.
— Дядюшка скорее исключение из всех правил. С нашей жизнью до старости не доживают. Так что не бери в голову, — едва ли не легкомысленно ответил он, видимо решив не задерживать надолго взаимную досаду после предыдущей перепалки. — Окей. Куда сначала?
— К бакалейщику. Придётся проехать по главной улице.
Морган развернул лошадь, пустив ту по краю мощёной дороги; несмотря на будний день, в городе было многолюдно. Если критерием многолюдности выступает плотность населения больше одного человека на сто квадратных ярдов — и то для бандитов с большой дороги, как их бы назвали обыватели, это было слишком много. Хотя Датч всегда оскорблялся на подобное определение. Удел бандита с большой дороги — мелкий грабёж, ловля неосторожных случайных незнакомцев, у которых, если повезёт, при себе имеется всего-то пара долларов и несколько дешёвых украшений, сбыв которые, не получится даже хоть сколько-нибудь прилично набраться в ближайшем из салунов. Нет, определение Датча себя как бандита выходило далеко за пределы банального разбоя или воровства. Он выполнял важную миссию по отъёму у Дяди Сэма чего-то, как он считал, принадлежащего народу. Общего национального богатства, которое он, в отличие от большинства других представителей этого самого народа, просто заимел смелость отобрать. Вернуть себе и одновременно поделиться с бедолагами, которым повезло повстречать Датча на своём пути. Хотя вряд ли остальные члены банды видели в этом занятии какую-то идеологию. Вкусно поесть, крепко поспать, позволить себе иметь больше, чем другие, у кого не набралось решимости вооружиться ради отъёма своего; простые человеческие радости и стремление к комфортной жизни — вот что выступало главным мотиватором бесконечного движения от одной цели к другой; от одной лагерной стоянки к следующей; от грабежа до грабежа. Была ли у их совместного путешествия конечная цель, неизвестно. Потому что, в какой-то момент наконец увидев замаячивший на горизонте переход к спокойной и комфортной жизни, Датч внезапно повернул назад. Мечты о Калифорнии опять стали мечтами. А из объяснения Датча причины такого решения Артур не понял ровным счётом ничего, кроме идеи, что им просто нужно больше денег.
Цокот копыт, отражающийся эхом от стен плотной застройки, казался непривычным уху, примирившемуся с шумом природы и криком диких зверей. Хотя и там, и там было опасно — только вне пределов города где-нибудь за поворотом поджидали волки, а на улицах и во дворах — волки от закона, некоторые из которых общего с законом имели лишь тюремный срок и плакат о розыске преступников. Морган натянул шляпу поглубже на глаза, проезжая мимо группы джентльменов, показавшихся ему подозрительнее остальных, и когда они с Марстоном свернули за угол, спешился и привязал лошадь к коновязи, попутно пояснив:
— Бакалейщика сегодня ждёт много работы. Будь здесь. Я оставлю ему список и деньги. Хватит провозиться до вечера, чтобы собрать заказ.
— А потом?
— А потом…
Боудкка вдруг цокнула передними копытами, испугавшись грохота посуды, донёсшегося из окна расположившегося на противоположной стороне улицы ресторана — звука столь же непривычного для нее, как и для двух других обитателей прерий и равнин — в куда большей степени, чем городских жителей. Но тут же присмирела, услышав успокаивающий голос Артура и ощутив мягкое поглаживание на своей шее.
— А потом мы с тобой, мистер бегун-легкоатлет, займёмся более мелкими поручениями. Зайдём за новыми удилами для Серебряного Доллара, купим пару овечьих шкур для виски-насоса Дядюшки, наберём обрезков ткани по просьбе Эбигейл…
Все эти слова, разумеется, предназначались Джону. Но если бы рядом не присутствовала Боуди — заслушавшаяся и оттого понемногу успокоившая кобыла Артура — Марстону следовало бы встревожиться излишним дружелюбием его тихого и ласкового тона. Морган догладил лошадь и рявкнул уже куда более привычно:
— Жди здесь!
После чего скрылся за дверью бакалейного магазина.

Отредактировано Arthur Morgan (2022-09-15 17:03:57)

+6

5

Марстон проводил Артура взглядом, после скрестил руки и с недовольным видом откинулся спиной к стене, впрочем явно не настроившись на долгое ожидание. Надолго его и не хватило — когда отсутствие Артура продлилось больше пяти минут, Джон оттолкнулся от стены, взял Старика за повод и был таков, отправившись по своим делам. Он осознавал, что Морган неминуемо возмутится после, но это было
второстепенной проблемой. Поэтому, когда полтора часа спустя Артур нашел Марстона в салуне, тот только вяло махнул рукой,
приветствуя и показывая свое местоположение возле стойки.
— Я только пришел и еще трезв, — сообщил он с шутливым оттенком сожаления в тоне, крутя на стойке наполовину опустошенную бутылку пива. — Знал, что ты меня здесь найдешь.
— Наверное, если бы не хотел, чтобы нашёл, то был бы в другом месте, — немного поддел логику Джона Артур — просто потому что не мог иначе — и облокотился на барную стойку. — Мне шот.
Бармен принял плату и поставил стакан с виски перед клиентом. Морган мигом осушил его и встряхнулся, точно конь. Несмотря на пришествие нового дня, температура воздуха в сравнении с ночью, ощутимо опустилась.
— Повтори.
Бармен кивнул, и пока он наливал новый стакан, Морган, не поворачиваясь к Марстону, тихо уточнил:
— Я же попросил меня дождаться, почему ты этого не сделал?
Джон поднял бутылку и допил содержимое до дна, после чего отставил ее на стойку и повернулся к Артуру.
— Мы пришли сюда не на дело, с чего бы я тратил время на ожидание? — спросил он почти невинным тоном, в котором, тем не менее, ощущался неясный намек на отсутствие подчинения, по крайней мере на этом этапе.
— Сделал свои дела, сэкономил время.
Морган взял паузу на то, чтобы опрокинуть второй стакан, и показал бармену раскрытую ладонь, давая знак, что пока на этом остановится. Ещё одна пауза потребовалась, чтобы оценить усилия Джона: он не только выбрал и купил отличные новые удила по просьбе Хозеи, сделав это вместо Артура, но и масло для керосиновых ламп — это Морган понял, когда продавец упомянул молодого человека, взявшего сегодня
крупную партию, и ткань для Эбигейл… целый отрез тёмно-синего хлопка отменного качества, которого как раз хватило бы на новое платье. Моргана немного позабавило, что Джон постарался и прыгнул выше головы, упустив из этого заказа уточняющее слово “обрезки”. Но это всё равно не избавило его от внутреннего недовольства Артура, вынужденного шляться по морозу, только чтобы выяснить, что его уже опередили.
Поэтому шкала уважения к Джону, поначалу слегка подползшая к положительной отметке, снова рухнула обратно, так и оставшись на прежнем уровне. Морган подождал, пока появятся новые клиенты, и под шум их голосов, почти не размыкая губ и отложив дурное настроение на потом, спросил:
— Но ты же выяснил что-нибудь интересное?
— Конечно, — тихо ответил Джон. — Доставка строительных балок и завтрашняя ярмарка. Не слишком выгодно, но интересно.
Он словно невзначай оглянулся, убеждаясь, что никто их не слушает, поправил шляпу и вновь сфокусировался на Артуре.
— Две телеги с великолепным лесом, его наверняка перекупят на Манзаните или у реки. Будут идти ранним утром со стороны станции Риггс, свернут в ущелье возле воды, — он сделал паузу и постучал двумя пальцами по стойке, требуя повторить заказ. — На ярмарке выручка от торгов не сразу попадет в банк. Ее будут хранить в одной из палаток у поля. Перетащат в три партии. Если добыть верную форму…
— Пф, верную форму… у сорок четвёртого верная форма, — пробурчал Морган в ответ, но это было лишь
свидетельством его задумчивости. Первое дело было менее рисковым, второе сулило больший куш. От Датча не поступало просьбы сильно не
шуметь, так что, если заранее выяснить, где будут храниться деньги, можно подстроить так, что они вовсе не попадут в банк — ни полностью, ни даже частично. А если успеть передать весточку в лагерь, будет достаточно всего пары человек, чтобы перехватить и вторую сделку тоже.
— А куда везут лес?
— На ранчо Олд Пайнз, — неожиданно раздался за спинами обоих неприятный, но знакомый голос Майки Белла.

Подпись автора

https://i.imgur.com/hAOO1lV.png

+5

6

Он сипло засмеялся, не разжимая зубов, в которых с остервенением прилично замерзшего человека сжимал былинку. Белл притулился рядом с Джоном, задев его плечом, и покачал головой, игнорируя встречный уничтожающий взгляд.
— С такими аппетитами местных мы точно останемся без древесины, так что точите зубы и учитесь ее пилить самостоятельно, как бобры. Собственные шутки, вероятно, казались Майке сверх-остроумными, так как он не переставал скалиться, даже подзывая и поторапливая бармена. Но его взгляды в этом вопросе, судя по мрачным лицам, не разделяли.
— Это то, что осталось от древесины? — с паскудной рожей, какой она сделалась сразу же после появления Белла, Морган кивнул на травинку у него в зубах. — Похоже, ты перестарался.
— Где тебя носило? — с явным осуждением спросил Марстон. — Датч о тебе спрашивал еще два дня назад.
Майка никак не отреагировал ни на подколки главного шутника этого балагана, ни на укор коротышки, дав себе время опрокинуть шот виски, предварительно метнув соломинку за стойку. Вернув опустошенный мутный стаканчик на стойку, он шумно шмыгнул носом и наконец взглянул на хмурых членов шайки. — Ну, учитывая, что вас тут используют как мулов, ничего срочного или важного я не пропустил. Я был занят делом. И если вы хотите принести домой что-нибудь посущественнее безделушек в подоле, то у меня для вас есть отличное предложение. Все просто, легко, незатейливо, как вы любите. Но надо подсуетиться.
Во взгляде Джона несколько секунд боролись отвращение и заинтересованность, потом он быстро взглянул на Артура, словно неосознанно спрашивая разрешения говорить. — Ты тоже о том лесе? Или что-то другое?
— А почему бы нам не взять свой виски и сразу переместиться с этой болтовнёй за стол к шерифу? — Морган развернулся и сделал шаг от стойки, чтобы плечом оказаться между Марстоном и Беллом. — Нас троих не должны видеть вместе.
— Не гарцуйте, пастушки, — лениво бросил Майка примиряющим тоном. — Эй, — тут Белл нахмурился, изобразив неопределенный жест поиска, и все же выдал, глядя на Марстона, — чернявый, скажи своему недоверчивому дружку, что я согласен вас подождать у того старого ветряка. И что я не люблю параноиков и психов. А кого больше — еще не решил.
Видимого взрыва не случилось, но невидимый произошёл. Джон фыркнул, Артур не издал ни звука. Наверное, Майке всё же стоило быть благодарным, что они втроём находились в салуне, а салун, в свою очередь, был всего в одной улице от офиса того самого пресловутого шерифа. Так что единственной санкцией Белла стал лёгкий упреждающий толчок плечом в плечо и вопиющее по любым меркам кратковременное нарушение личного пространства.
— Так реши, кого ты любишь больше, — тихо прорычал Морган ему в самое лицо, — чтобы успеть привыкнуть к новому себе до того, как выяснишь, что среди нас есть ещё и убийцы.
На лице Марстона появилась довольная улыбка, которую он тут же попытался скрыть. Он кивнул Майке с максимально серьезным видом и ответил, стараясь опередить любую возможность почти неминуемого конфликта: — Я обязательно ему передам. А теперь пойдем отсюда.
Майка проводил взглядом спину быстро закипевшего Артура и ставшего случайным миротворцем Марстона без особых комментариев. У этой ситуации никак не могло быть быстрого и по-настоящему удовлетворяющего разрешения, потому оставалось довольствоваться видом опасного человека, у которого едва не валил пар из ушей, а руки сковывал некий моральный кодекс, которым в той или иной степени был болен каждый член банды Датча. Белл ухмыльнулся и заказал еще одну порцию виски, давая всей этой ситуации растворится в гомоне чужой речи и рутине заведения.

+5

7

Майка так и не показался из салуна до тех пор, пока Артур и Джон не уехали прочь. Темп оба задали чуть выше, чем того требовала ситуация и хорошие манеры передвижения по городу; подковы выбивали звонкую дробь на заледеневших камнях. Они преодолели почти всю главную улицу, всполошив пару горожан, не поскупившихся на ругань вслед, и уже выехали к промерзшим грязевым колеям пригорода, когда Марстон не выдержал и неожиданно взорвался с необычной даже для себя экспрессией:
— Проклятый ублюдок! Я не понимаю, почему Датч притащил его к нам! — он заставил коня перейти на рысь, достал сигарету и нервно закурил, а потом, с шумом выдохнув дым, даже ткнул пальцем в Артура. — И не понимаю, как ты можешь злиться на меня, когда среди нас есть… это!
— Ты меня недооцениваешь, — мрачно пробурчал вжавший от холода голову в ворот куртки Морган, — я могу злиться на всех сразу.
Ветер снес назад еще одну порцию яростных клубов табачного дыма прежде чем Джон наградил Моргана тяжелым взглядом из-под полей шляпы.
— Ты-то можешь, — почти воинственно согласился он, — но этот тип настолько омерзителен, что мне даже не хочется идти по его наводке просто из принципа! Конечно я пойду, — тут же добавил он, видимо испугавшись перспективы остаться без лишних долларов из-за каких-то там моральных принципов, — но черт возьми!
Артур шумно выдохнул и тоже потянулся за пачкой сигарет, присутствие которой в обыскиваемом кармане не обнаружил, поэтому он приступил к поискам во втором. Там сигарет тоже не было. Так что пришлось переключиться на прощупывание дорожной сумки, в которой, помимо блокнота, хранилась пара мелочей. Обычно ещё и сигареты, но не в этот раз. Карманов, куда могла посместиться пачка, больше не осталось, как и возможности закурить, не попрошайничая. И почему-то именно это не на шутку и весьма диспропорционально взбудоражило и без того раздражённого происходящим Моргана.
— Ты не хочешь идти с Майкой, Биллу некомфортно с Чарльзом, Хавьеру не нравится работать с Шоном, братья Каллендеры оскорбляют чувства Хозеи, Штраусс вообще всех презирает, — Морган яростно хлопнул себя по пустующему карману. — И только Датч один на всех и понимает, что мы должны держаться вместе ради выживания. Так что заткнись и дай мне сигарету!
Марстон хмыкнул и протянул пачку Артуру, после чего засунул ее обратно в карман. Потом немного задумался и затормозил коня.
— Пить пиво зимой — плохая затея, — сообщил он, спрыгивая на землю и направляясь к обочине, а после, игнорируя проезжающую мимо телегу, вернулся к теме разговора. — Между прочим, работаем мы всегда хорошо, главное доставить всех на место, не дав друг друга переубивать! Ты с этим неплохо справляешься. Но Майка! — его тон опять наполнился возмущением. — Вот кого надо закопать в первом же сугробе! Желательно подальше от лагеря.
— Это надо было делать в начале зимы, — жуя табачный дым и вместо спины Марстона глядя куда-то за горизонт, чуть ли не флегматично, хоть и хмуро заявил Морган, — чтобы до весны наверняка.
— Я даже не знаю, это будет или чья-то самая страшная находка в жизни по весне, или скорее он сам выберется и будет выть за нашими палатками, — Марстон вернулся к Старику и, забравшись в седло, с неопределенной улыбкой коснулся края шляпы, насмешливо приветствуя возмущенную женщину, смотрящую на них из очередной проезжающей повозки. — Если его сведения окажутся недостаточно хороши, я не дам ему об этом забыть.
— Ещё как не дашь…

Подпись автора

https://i.imgur.com/hAOO1lV.png

+4

8

Старый ветряк, лишившийся части лопастей и цели в жизни, возвышался на заснеженном холме, уныло глядя в сторону нового, яркого дома, который занял место некогда находившейся здесь фермы, знаменуя собой неумолимый, быстрый рост города. Ветряк поскрипывал и поскуливал на ветру, словно стенающий призрак прошедших времен. Низкое зимнее солнце скупо делилось своим теплом, обряжая унылую картину в
золотисто-перламутровые оттенки.
Майка уже ждал Артура и Джона, как и обещал. Он так и не спешился, оставляя своему коню, Бэйлоку, грызть мундштук в негодовании и протесте. Огромное белое пятно на его морде и высокие отметины на ногах разбивали и скрадывали лошадиный силуэт, придавая ему почти потусторонний вид темного, парящего над землей объекта.
Чтобы добраться до ветряка, нужно было свернуть с дороги. А вместе с оной заканчивался и комфорт проторенного пути. Несмотря на это, Белл не выехал навстречу своим приятелям, позволив им проложить собственные тропинки сквозь мокрый, глубокий снег.
— Благодарю за проявленный интерес, — усмехнулся Майка вместо приветственных слов. — Уши не отморозили еще? Тогда слушайте внимательно.
Два ковбоя ничего не ответили, только изрядно посмурнели. Артур вопросительно качнул головой, в то время как его конь принялся усердно копать снег копытом.
— Клод Бушон, хозяин ранчо, о котором я вам говорил, Олд Пайнз, сегодня со своими ребятами отправляется на ярмарку в Блэкуотер. Полагаю, уже отправился. Этот почтенный господин собирается не только продать скот, но и закупиться древесиной. Собирается расширяться. И это посреди зимы. Этот ранчер явно не бедствует. И пусть делиться он не будет рад, ему определенно есть чем, — Майка вскинул руку в упреждающем жесте. — Разумеется, такое хозяйство не может плохо охраняться. Я вам так скажу, охраняется оно очень даже хорошо, но! Леса вокруг Манзаниты кишат “свежевателями”. На фоне этих ребят О’Дрисколлы выглядят джентельменами. Поэтому скот и древесину будет сопровождать добрая часть тех, кто умеет держать ружья. И поэтому долго Бушон задерживаться в Блэкуотере не намерен. Но на его имя в гостинице забронирован номер аж до вечера завтрашнего дня. По-моему, это наш шанс.
Задумчивое молчание не продлилось долго. Артур опёрся локтем на рожок седла и вынужденно констатировал:
— Надо признать, ты неплохо поработал, — он глянул на Марстона и снова посмотрел на Майку, — нас троих хватит, чтобы справиться с охраной? Можем позвать Чарльза. Он хорошо ориентируется в лесу.
— Особенно если сначала нужна разведка, — добавил Джон.
— Мы потратим время, которого у нас нет. Я сказал, что Бушон будет в Блэкуотере до завтра. Я не говорил, что его охрана будет торчать здесь вместе с ним. Мы втроем справимся отлично. Если сделаем все быстро.
Марстон бросил задумчивый взгляд в небо, не видя на самом деле подсвеченных солнцем облаков. Потом взглянул на Артура, явно додумывая какую-то мысль, а затем повернулся к Майке и резюмировал.
— Тогда нам надо отправляться сейчас? В принципе, я готов.
— Придержи коней, ковбой, — тут же возразил Морган и придержал своего, из-за чего тот только затоптался на снегу вместо того, чтобы уйти, — а оружие? А подготовка? Мы собрались идти на ранчо с хреновой тучей охраны с револьверами и охотничьим ножом в сапоге?
Бэйлок едва не встал на дыбы, окрысившись и дернувшись в сторону непомерно ретивого коня Артура, но Белл призвал вороного жеребца к порядку, одернув поводом.
— Вы, может, и собрались, — усмехнулся Майка, одарив особенно ехидным взглядом Джона. Можно было предположить, что тот попросту доверился организационным способностям Белла, но скорее в мире сорвиголовы Марстона подготовка к чему-либо отсутствовала как класс. — А я уже обо всем позаботился.
На лице Джона возникло выражение крайней удрученности, явно проистекающее из перспективы слишком скорой встречи с Эбигейл, но потом он повернулся к Артуру и спросил:
— Твой бакалейщик успел все собрать? Нам бы в городе сегодня больше не мелькать.
— Конечно, не успел, — с лёгким смешком ответил Морган, удивляясь внимательности Джона к одним деталям и полным невниманием к другим, но дополнительные комментарии отпускать не стал. — Зато я успел ему оставить кучу денег. И кое-какие воспоминания, которые не позволят ему перепродать всё в ближайшие пару дней.
Он ненадолго замолчал, а затем перевёл взгляд на Майку. В глазах Артура мелькнула неясная эмоция.
— Какое везение, что ты встретил в салуне именно нас и именно сегодня. Оружие где-то по пути?
— Матерый бандит без везения — мертвый бандит. Так что да, Артур. Мне повезло. Я вообще везучий малый, — он развернул коня, дав нетерпеливому животному сделать небольшой круг, и возвращаясь на исходную точку. — Хотя, учитывая, что моим везением сегодня оказались вы, двое зануд, может быть, я и погорячился с выводом насчет этого, — Майка хохотнул. — Да, оружие по пути. В схроне у… А сами увидите.
Белл наткнулся на все такие же мрачные лица, на что фыркнул:
— Да ладно вам, снимайте чепцы, леди, и сделайте рожи попроще, день перестает быть томным! Пора
поработать нормально!
Старик прижал уши и блеснул белками глаз, явно отразив наглядно настроение своего хозяина, но Джон его осадил. Хотя в его глазах читалось почти неприкрытое желание продемонстрировать Беллу свое умение обращаться с обычным револьвером прямо здесь и сейчас. Но он ничем не выразил неприязнь и только вызывающе качнул головой.
— Ну, веди тогда, чего ждешь?
— С превеликим удовольствием, — улыбнулся Майка и выслал Бэйлока в галоп, оставляя источавших недовольство партнеров переглядываться позади.

+3

9

Вскоре крыши Блэкуотера и яркие пятна немногочисленных, ютящихся подле города богатых домов скрылись за чередой холмов. Те, как волны становились все больше, а их склоны становились все менее пологими, а кое-где и вовсе заканчивались отвесными обрывами по шесть — девять футов высотой. Дорога покорно петляла сквозь холмы. Впереди виднелись тусклые пики гор, прорывавшие серо-изумрудный полог
вечнозеленых лесов. Вскоре монотонность белых волн вновь стали нарушать разрозненные признаки цивилизации, точнее того, что осталось от попыток привнести сюда эту самую цивилизацию. Остовы давным-давно брошенных телег, покосившийся, надтреснутый указатель, оставшийся единственной памятью о перекрестке дорог, который прекратил свое существование в силу очередной буднично-пресной трагедии, имевшей место достаточно давно, чтобы о ней некому было вспомнить. Кони уже порядком выпустили пар и теперь покорно шли небыстрой рысью, опуская головы ближе к земле и не особо выражая недовольство соседством с собратьями и не пытаясь нагнать друг друга.
Они миновали заброшенный кусок земли, об освоении которого говорил лишь покосившийся, полусгнивший забор и дырявая лачуга, утонувшая в снегах. Холмы начали щетиниться подлеском, а вскоре — и самым настоящим лесом, а дорога все сильнее начала забирать влево и становиться все более узкой и однозначной. Всадники добрались до большого перекрестка, когда Майка притормозил, поднимая руку вверх и сигнализируя остальным об остановке, потому как не желал по морозу драть глотку, выкрикивая команды.
— Мистер Морган, мистер Марстон, — обратился Белл к своим спутникам, разворачивая коня. — Я схожу за оружием, а вы подождите здесь. Заодно и лошадям дадите передохнуть.
— Как скажете, мистер Белл, — с едва заметным намеком на насмешливость ответил Джон, коснувшись шляпы кончиками пальцев в движении, долженствовавшем выглядить уважительным, но почему-то кажущемся скорее непристойным жестом.
Майка в ответ только фыркнул и развернул коня, уезжая прочь. Артур и Джон проводили его взглядами, после чего Джон спустился с коня и потер плечи, пытаясь согреться. Он подышал в ладони, закурил, а затем сообщил:
— Не таким я видел сегодняшний день. Надеялся, что проведу его там, где теплее, — он развернулся к седлу и достал из подсумка бутылку бренди. — Вообще-то она для Дядюшки. Но старый хрен обойдется, нам нужнее.
Он откупорил бутылку, приложился к ней, скривился, а после протянул Артуру и глубоко затянулся, перекрывая едкий вкус спиртного. Тот взял её и качнул бутылкой на обочину.
— Лучше отойти с дороги. Здесь есть колея.
Он взял Боуди за поводья и отвёл на небольшой пятачок посреди деревьев, где следы присутствия других животных пересекались с отпечатками копыт и человеческих стоп. Морган привязал коня к сучку, размялся, привалился спиной к одному из деревьев, после чего отпил бренди и только потом спросил:
— Датч спрашивал про Майку?
— Угу, — мрачно пробурчал Джон, глядя в ту сторону, куда ушел объект обсуждения и щурясь от пробившихся солнечных лучей, отражающихся от снега с жестокой яркостью. Марстон поморщился и процитировал, пытаясь изобразить сочный баритон их лидера, что при его хриплости получилось не слишком убедительно. — “Если увидишь Майку раньше меня, то передай следующее: мне нравится его идея, пусть вернется”, — Джон шмыгнул носом в явном неодобрении. — А мне не нравится, что Датч так с ним носится.
— Ревнуешь, Марстон? — с неясным оттенком шутки уточнил Артур и перебросил Джону открытую бутылку.
Из неё не пролилось ни капли. Морган достал блокнот и что-то быстро в нём записал.
— Датч не посвящал меня в подробности его отношений с Майкой. Ты на самом деле первый, от кого я слышу, что они какие-то особые. Но если так, значит, на то есть причины. Потом у него уточню, — Артур вернул блокнот в сумку и упёрся пяткой в дерево, поджав замёрзшие руки и нахохлившись, как воробей. — Но вообще удобно.
Он заметил вопросительный взгляд Джона и понял, что теперь вынужден объяснить, что именно имел в виду, несмотря на нежелание.
— Майка ушёл из лагеря сколько, дней пять назад? Возможно, Датч знает, где он был. Для меня ситуация выглядит так: он сваливает прохлаждаться в городе, жрать и спать в тёплой постели, пока двадцать два идиота остаются стучать зубами где-то под мостом. Никому не сообщает о своих планах, а потом “находится” со всем готовым. Если всё пройдёт удачно и добыча действительно попалась жирная, она отменит к нему все вопросы. А вопросы есть — лично у меня. Потому что ты потратил час на то, чтобы узнать про ярмарку и лес. Ещё полдня — и мы сами вышли бы на эту ферму. Мне кажется, он чего-то нам недоговаривает.
Марстон еще раз приложился к бутылке, а после закупорил ее и опять опустил в седельную сумку.
— Может ищет какой-то куш для себя, а не для банды. Время его еще не проверило. Эй! — воскликнул он, не успев закончить мысль, потому что Старик, видимо от долгого холодного ожидания стал раздражаться, завращал глазами и вскинул копыта, за что получил отрезвляющий шлепок по шее. Джон крепче сжал поводья, призывая коня к порядку и добавил, уже потеряв пыл неприязни к Майке. — В любом случае,
надеюсь сейчас все получится. Он сам еще не привык к нам, иначе зачем ему схрон вне лагеря.
— Ты видел наши рожи? — с отчётливым смешком уточнил Морган. — Я бы тоже нам не доверял. Марстон усмехнулся и затоптал окурок, а потом зажал замерзшие кисти рук подмышками, пытаясь согреть пальцы.
— Что-то мне подсказывает, что наш лагерь скорее будет казаться ему бродячим цирком, особенно когда Дядюшка и Суонсон напиваются одновременно. Мы же не как… те же О‘Дрисколлы. Ладно! — ему явно попросту надоела тема. — Посмотрим сейчас сами. Может, он действительно хочет стать частью семьи. И кстати, — Джон сощурился, глядя в сторону леса, где среди деревьев появился силуэт Майки, — он же?
Артур выглянул из-за дерева и опять вернулся в ту же позу.
— Он же.
Бэйлок начал глухо гугукать и вскидывать голову, стоило ему увидеть знакомых лошадей, Майка же не разделял энтузиазма жеребца, тем не менее, позволил коню перейти на легкую рысь, одернув его только когда они оказались совсем уж близко с ожидающими Джоном и Артуром. Если бы не бурная реакция Бэйлока, Беллу еще бы пришлось их поискать. Ковбои решили убраться с дороги, и за деревьями облюбованную ими полянку сразу разглядеть не было возможным.
— Это вы тут так натоптали? Не терпелось снова встретиться? — усмехнулся Майка. — Все тихо? Ну, тогда держите гостинцы.
Белл не стал спешиваться и раздал соучастникам грядущего веселья карабины, после чего, чуть помедлив, вытащил из седельной кобуры роскошно украшенный дробовик.
— Может быть, кто-нибудь из вас предпочитает сразу налаживать близкие отношения?
Морган дробовиком не заинтересовался и сразу заглянул внутрь окна снаряжения магазина, предусмотрительно оставленного пустым. Марстон же засунул мизинец в дульное отверстие, покрутил там и после изучил результат проверки, оказавшийся неудовлетворительным. Он недовольно сжал губы, но Майке сказал вполне серьезно:
— Спасибо. И дробовик давай.
Тот протянул оружие Джону.
— Пользоваться умеешь? — поинтересовался Белл, не сумев обойтись без шуточки настолько не остроумной, что ей оставалось только служить вполне дружелюбной подколкой.
— Умею, — ответил Джон, видимо не уловив юмористическую составляющую вопроса, взял дробовик и тоже с интересом осмотрел.
— За патроны, что ли, отдельная плата? — хрипло потребовал Артур, устав от болтовни.
— Боже, Морган, что ты тут вообще делаешь? Еще только январь. Все угрюмые медведи торчат в берлогах! — Белл порылся в седельных сумках и перекинул по паре коробок каждому, не забыв и про дополнительный гостинец Марстону. Тем не менее, флер легкой досады, от того, что сопляк поймал подарочек руками, а не лицом, все же возымел место быть.
— Что я здесь делаю… — проворчал Морган, загоняя патроны один за другим в магазин, — то же самое, что делал бы медведь посреди января вне берлоги. Угрюмо шатаюсь по лесу в компании лисы и… — Артур махнул рукой в сторону Джона, подбирая слово, — придумай себе что-нибудь.
Он закрепил карабин в седельной кобуре и вскочил на лошадь. Марстон ответил ему взглядом, который мог бы остудить окружающую среду еще на пару градусов и, явно устав от очередной пикировки, спросил:
— Мы едем или нет?!
— Вас двоих хватит, чтобы затмить солнце, — фыркнул Майка и тронул коня. — Здесь прилично, так что не отставайте, пастушки.
Он пересек несколько хорошо протоптанных тропинок в снегу и выбрался на дорогу, где позволил Бэйлоку ускориться до легкого галопа. Так прошло около четверти часа.
— Уже недалеко, — сообщил Майка, притормозив коня. — За перекрестком свернем с дороги. Там открывается
хороший вид на ранчо.

+3

10

На это ему никто уже не ответил. Кони с некоторым недовольством тронулись с места, хрустя замерзшей грязью на колее, по которой явно не слишком часто ездили телеги. Молчание, правда, не было враждебным, скорее сосредоточенным — особенно когда троица свернула в лес, где даже в такую погоду было немало звуков. Трещали замерзшие деревья, иногда стрекотали белки, какой-то зверь тонко завыл где-то очень далеко. Поднимающийся ветер, который пришел вместе с тем, как солнце окончательно скрылось за тучами, скрадывал все звуки, шелестя голыми ветвями и постукивая обледеневшей хвоей. Все трое остановились за деревьями после жеста Майки, указывающего нужное место.
Все спешились, всё так же сохраняя молчание и всю возможную тишину. За что Майка объявил мысленную благодарность своим подельникам, но никак ее не выразил. Разумеется, те не были совсем уж гнилыми чурбанами с личинками вместо мозгов, это определение подходило скорее половине отребья, отмораживавшего сейчас задницы в лагере, тем не менее, от внезапного искривления рук не был застрахован
никто.
Каждый проворно разобрался со своей лошадью, условно закидывая поводья на сучки потолще, просто чтобы кони знали, что от них требуется стоять здесь ровно до тех пор, пока не понадобится что-нибудь иное. Прелести хорошо тренированных, многое прошедших лошадей.
— Джентльмены, по возможности особо не шумим. Берем деньги, драгоценности, все, что легко тащить и сбыть, — Майка хмыкнул. — Если каким-то невероятным образом нас ждут пустые полки, у них есть лошади. Миссурийские фокстроттеры, не тавренный молодняк. Конечно, в Блэкуотере их не продашь, но если взять на миль двадцать западнее, около той же Бухты, проблем возникнуть не должно. Тем более есть у меня там пара
знакомств…
— Пара знакомств там, тайник с оружием здесь, — тихо, но с явным подозрением пробубнил Морган на одной ноте, — может, ещё и с лошадьми поимённо завёл знакомство? Ты чего-то недоговариваешь, Майка, выкладывай всё сразу, чтобы не было сюрпризов.
— Я просто не кладу все яйца в одну корзину, — огрызнулся Белл, дернув головой, словно отмахиваясь от мухи, и куда тише пробурчал. —Особенно в такую.
— Опасаешься, что натрет? — не скрывая некоторой насмешливости, полюбопытствовал Джон.
— Остроумие тебе твое скоро натрет, Марстон! — Фыркнул Майка, взяв пару долгих морозных мгновений, чтобы на эмоциях не превратить их наклюнувшееся дело в кровавый анекдот. Ничто не охлаждало разум так, как хороший куш и вереница капканов, перед ним стоящих. — Я вам дело говорю, а вы треп разводите. В верных легавых и словоблудов в лагере поиграете. Можешь, Артур, пойти к Датчу и так и сказать “Датч, Датч,
негодяй Майка заставил нас ограбить ферму! И все для этого подготовил. Ужас какой”.
Майка сплюнул на землю.
— Пошли уже!
На это, в отличие от предыдущей реплики Джона, Морган, не сдержавшись, тихо хохотнул, но поспешил спрятать улыбку. С утра его настроение не задалось, и день предстояло испортить ещё многим. Наконец-то давший о себе знать Майка Белл в этом списке оказался первым кандидатом, но всё же стоило отдать ему должное: он действительно отлично подготовился. А такая подготовка, не бывшая частью его изученных привычек, свидетельствовала об одном: что бы там на ферме ни находилось, это что-то явно стоило внимания ребят вроде парней Датча. И Майка, как бы хитёр ни был, вряд ли это скроет.
Впрочем, Артур знал, что Марстон вряд ли спустит Беллу его выпад. Поэтому вмешался, с равнодушием отнесясь к перспективе вызвать огонь уже на себя:
— Если захотите продолжить пикировку дальше, небольшая просьба: убедитесь, что в её конце пристрелите друг друга.
— К слову, спасибо за дробовик, — произнес Марстон, проигнорировав Артура, но явно без особой благодарности.
— Артур? — окликнул Белл после небольшого промедления.
— Что?
— Я не уверен, какой из тебя бандит, Морган, но миротворец — точно хреновый, — сплюнул Майка и, явно накаляя окружающую среду отсутствием восторга, потопал вперед, перехватив свой карабин поудобнее.
На это Морган улыбнулся, хотя Майка этого уже не видел.

Подпись автора

https://i.imgur.com/hAOO1lV.png

+4

11

Отсюда бандитам необходимо было подняться еще метра на три по крутому холму.
Внизу сверкал бельмом цивилизации в глуши аккуратный, ладный дом и россыпь хозяйственных построек. Вереницы изгороди делили территорию в почти что красивых узорах. Территория вся была истоптана, и белизны свежего снега не было видно практически нигде. Из дымохода поднимался косой струйкой дымок. Тишина, царившая над ранчо, ударила по ушам, словно острым локтем под ребра. Это не был идиллический покой. Пегие коровы столпились у дальней изгороди и, будто остатки пива в кружке, плескались вдоль нее.
Не лаяли собаки, а в таком хозяйстве, да при овцах, просто не могли обойтись без четвероногих блохастых
сторожей.
— Эй, натуралист, расчехляй свой бинокль, — едко окликнул Артура Майка. — Ты ж его не забыл? Смотри, что это вон там?
Морган никак не отметил того факта, что оба его подельника отлично видели, как он ранее поменял блокнот и бинокль местами, достав последний из седельной сумки. Бинокль был небольшим, но обладал отличной оптикой, сделанной какой-то иностранной компанией, и попал на территорию Америки неизвестно как; должно быть, один из парней О’Дрисколла, с чьего трупа Артур и забрал бинокль в Гризли, знал о его происхождении немного больше. Спрашивать сейчас уже было поздновато, но вряд ли его производитель мог предположить, что его изобретение будет использовано для завладения чужим имуществом.
Морган всматривался сквозь лёгкий туман начинающегося снегопада примерно минуту, пытаясь нащупать начало логической цепочки, способной объяснить творящийся бардак. Пока не заметил кое-что, что выпадало из просящегося вывода, что беспорядок начался из-за отсутствия хозяина. Он опустил бинокль и некоторое время молчал, а затем повернул голову к Беллу.
— Похоже, Майка, ты не один положил глаз на это ранчо.

+4

12

Джон забрал бинокль у Артура и поднес его к глазам, вглядываясь в ранчо несколько мгновений, а после скривился и тихо воскликнул:
— Господи! — он протянул бинокль Майке, морщась от отвращения. — Точно то место?
— Я топографическим кретинизмом не страдаю, — пробурчал Майка, на удивление не споткнувшись о витиеватый термин. Он поднес бинокль к глазам, после чего со злой досадой выругался. — Вот дьявол!
Погода портилась, в воздухе плавали пока еще редкие снежинки, мерцая в общей сероватой белизне и скрадывая поле зрения. Но даже на таком расстоянии между стволов деревьев были видны несколько трупов людей и животных. Еще ярче выделялись росчерки и пятна крови, кажущейся почти черной на снегу. Было слышно надрывное лошадиное ржание.
Майка с большой неохотой отвел бинокль в сторону и вынужденно констатировал, чувствуя, как внутри закипает злоба.
— Кажется… Кажется место обчистили до нас. Да как они успели?!
Морган вырвал бинокль у него из рук, после чего несколько секунд всматривался в его лицо, ища в мимике признаки предательства. Но, кроме самодовольства, отпечатавшегося в самой форме его черепа, Майка, кажется, действительно выглядел потрясённым. Это не было подставой.
— И стоило столько времени планировать?.. — с оттенком злого сарказма прорычно воскликнул Артур.
Марстон продолжал щуриться, вглядываясь в ферму, замутненную снегом, осыпающим черные стволы деревьев. Он бросил быстрый взгляд на товарищей, а потом, срываясь с места обратно к коням, заявил: — Они были недавно. Мы можем перехватить и шайку, и добычу!
Он на ходу свистнул, подзывая коня, который явно был рад прервать одинокое торчание в снегах.
— Марстон!
Джон запрыгнул в седло и даже не оглянулся, чтобы убедиться, что остальные последовали за ним. Старик не был рад резкому переходу в карьер, что выразил резким визгливым ржанием, но ездока слушался, не сходя с намеченного пути.
— Кретин! — рявкнул вслед Майка, добавив тише. — А если они еще здесь?! — Белл обернулся к Артуру, который тоже уже успел призвать к порядку своего текинца и сесть в седло.
— Знаешь, с расстояния легче определить, с какой стороны стреляют, если что, — едва не язвительно напомнил Белл, оседлав Бэйлока, хотя вполне понимал, что в их компании на удивление все еще живых бандитов рассчитывать на здравомыслие было делом глупым и неблагодарным.
— Да ну? — не уступая коллеге в язвительности буркнул Морган, пришпоривая коня. — Тогда где моя винтовка?
Его слова растворились в хрустком топоте копыт.

+2

13

Вся троица подлетела к ранчо с оружием наперевес, уже окончательно видя произошедшую там бойню. Судя по всему, все охранники, оставшиеся при отъезде хозяина, были мертвы — кто-то валялся на снегу с торчащими из тела стрелами, один висел на заборе с топором в спине, еще один был повешен и изувечен; с его ног все еще стекала кровь. Артур, Джон и Майка остановились, начали оглядываться, но даже не успели обсудить путаницу из следов, среди которых могли найтись нужные. Дверь дома распахнулась, а наружу вывалились два человека, тащащие отчаянно кричащую и сопротивляющуюся женщину. Из дома же раздался крик и глухой звук выстрела — видимо, внутри еще кто-то пытался защищаться. Крики женщины звучали безумно и бессвязно, но ответом ей был только довольный сально-липкий смех. Артур и Джон, даже не переглянувшись, одновременно вскинули карабины и выстрелили в мужчин. Женщина, скорее всего, являлась хозяйкой ранчо, собственно одной из целей планировавшегося ограбления, а бандиты благополучно избавили от необходимости убивать охрану, но спокойно наблюдать сценки вроде этой не может ни один человек с зачатками морали. Женщина рухнула на истоптанный снег вместе с двумя трупами, словно тоже сраженная пулей, и истошно закричала. Из дома донесся еще один выстрел.
— Артур! — окликнул Марстон и указал глазами на женщину, зная, что именно он обладает самыми адекватными умениями успокаивать людей.
Сам он, не оставляя другим времени на какие-то комментарии, резко дернул поводья, тормозя своего коня, слетел с него и исчез внутри дома, откуда почти тут же донеслась новая порция криков, ругани и выстрелов.
Женщина, надрывно всхлипывая, пыталась по снегу отползти в сторону. Артур на ходу спрыгнул с коня и от бедра ещё раз выстрелил, но на сей раз в голодранца, выскочившего из конюшни на незнакомый голос.
— Майка, — не в пример Джону, Морган не прокричал, а попросил довольно тихо, — прикрой. И сам бросился к хозяйке ранчо или кем она там была. Поднять её со снега, чтобы отвести в безопасное место, оказалось задачей нетривиальной. Ещё более нетривиальной задачей стало уговорить её заткнуться.
Если бы речь шла о мужчине, терапевт Приклад быстро выписал бы ему успокоительное. Но всё же перед Артуром находилась женщина, и какими бы подонками ни был он и его подельники, бить женщину, пусть даже впавшую в состояние аффекта и оттого уже сорвавшуюся на хрип, было распоследним делом.
Пока Морган занимался ей, не слыша собственного голоса из-за её нечеловеческого крика, за спиной грохнули ещё два выстрела. Майка даже не слез с лошади, чтобы отправить в ад парочку друзей ублюдков, устроивших на ранчо бойню. Даже здесь отыскал способ выделиться по-особенному — по-особенному раздражающе. Впрочем, Артур не стал отпускать скабрезных комментариев на эту тему. Когда Белл подъехал ближе, держа направленным вверх один из двух своих неизменных револьверов, из дома послышалась какаято возня.
— Это всё? Тогда помоги Джону! — Морган мотнул головой в сторону, после чего на время потерял к Майке интерес.
Майка же наоборот не упустил возможности съязвить.
— Как пожелаешь, — недовольным и почти издевательским тоном ответил он, тем не менее зорко поглядывая по сторонам.
Он направил Бэйлока к дому и только успел спешиться, когда дверь скрипнула, выпуская наружу Джона.
Правда тот отступал с поднятыми руками.
— Не бойтесь, мэм, — немного сдавленно и успокаивающе произнес Марстон, останавливаясь на крыльце, — мы на вашей стороне.
Лицо еще одной женщины в доме было наполовину скрыто вскинутым дробовиком, но в глазах полыхало пламя, а оба курка были взведены, выдавая нешуточность намерений. Она не была молода, но, судя по всему, это не ослабило ее, а дало нужные опыт и твердость.
— А ну не двигайся! — рыкнула она не хуже дикой кошки.
Марстон даже немного отшатнулся.
— Мы ехали мимо, услышали крики, — пояснил он. — Решили помочь, — в этот раз его голос уже звучал возмущенно. — Я же убрал оружие! Хватит!
Женщина выдержала паузу, стреляя глазами по двору, потом все же приподняла дробовик выше, всем видом намекая, что может пустить его в дело очень быстро. Она смерила взглядом Артура, сидящего рядом с вцепившейся в него молодой женщиной, Майку, который недвусмысленно держал руку над револьвером и едва не скалился.
Ствол дробовика затрясся, а потом женщина тяжело села на обледеневшие ступени. Джон опустил руки и оглянулся, ища глазами следы любой опасности, а в проеме двери показался мужчина с револьвером в руке, но опущенным к земле. Он хрипло дышал и тяжело привалился к притолоке; лицо его было заляпанным кровью и бледным, а одна нога явно претерпела попадание из огнестрела.
— Миссис Глорифилд!.. — произнес он, но не поднял оружие.
— Сядь, Матиас, — явно автоматически и без особых эмоций ответила женщина, — ты ранен.
— Господи Иису-усе — негромко, а от того только еще красноречивее протянул Майка на выдохе, явно спрятав под именем господня широчайший спектр нецензурных выражений и эмоций. Белл упер руки в бока, оглядывая поле их совместного с Артуром и Джоном поражения.
— Мэм, — хрипло обратился он к старухе. — мэм, кто-нибудь еще на ранчо есть? Свои, еще нападавшие? Майка постарался выдавить из себя хоть сколько-нибудь сочувственные интонации, но все слова шкварчали злой собранностью для хоть сколько-нибудь чуткого уха.
— Своих — нет, — ответила женщина, с некоторым трудом поднимаясь на ноги и рискованно используя дробовик в качестве опоры. — Атакующих — не знаю… — она оглянулась на мужчину позади. — Их было человек пятнадцать, часть погнала скот прочь. Дальше всё смешалось.

Подпись автора

https://i.imgur.com/hAOO1lV.png

+3

14

Белл бросил быстрый взгляд на Артура, в руках которого жалась женщина, потерявшая по всей видимости все остатки разумности из того скромного запаса, что вообще отпущен женщинам в целом. В ее лице угадывались приятные и даже по-своему красивые черты, и они были общими с миссис Глорифилд. Только у одной их смазала кровь, грязь и истерика, а у второй — украл возраст. Так или иначе, сейчас Белл был бы рад видеть обеих ничком в промерзшей грязи, не испытывая по отношению к ним ничего, кроме досадного раздражения и даже злобы. Ведь именно из-за этих двух кобылиц они сейчас теряли последние шансы хоть чем-то поживиться. Наконец Белл поймал взгляд Артура, явно ожидая от того вердикта. Патронов у них было достаточно, все еще можно было это дело завершить хоть сколько-нибудь чисто и, может, даже выследить шайку, что обстригла ранчо до них. И пусть они хоть две тысячи раз “свежеватели”, у них были деньги Майки Белла, а, значит, из свежевателей они превращались в движущиеся мишени.
— Ну, что, мистер Коннелли, — пристально глядя на Артура, обратился к нему Майка, — что прикажете делать?
“Мистер Коннели” глянул на Майку с хорошо скрытым отвращением и помог подняться опирающейся на него молодой женщине. Та наконец-то немного успокоилась, вняв уговорам или же поняв, что ей действительно ничто не угрожает. Но идти или хотя бы самостоятельно стоять на ослабевших ногах она решительно была не способна. Поэтому Артуру пришлось её буквально дотащить до дома, где она была передана в руки раненому, но не утратившему достоинство Матиасу. Лишь когда они оба скрылись в доме, чтобы привести себя в порядок, Морган поочерёдно опять глянул на своих подельников, а затем остановился взглядом на сидящей на обледеневшей лестнице миссис Глорифилд, пока оставив вопрос Майки висеть в воздухе.
— Когда они напали, мэм? Как давно?
Женщина бросила долгий взгляд в серое небо, с которого сыпался густеющий снег, потом посмотрела на Артура.
— С полчаса назад. Если бы вы пришли позже на пару минут — не осталось бы никого, — руки женщины заметно тряслись, прическа растрепалась, а на темной ткани строгого платья были заметны еще более темные кровавые пятна.
— Слышал, мистер Коннелли, никого бы не осталось… — мрачным эхом отозвался Майка, направившись к Артуру и глянув на Марстона, по вине которого, собственно, они и умудрились не опоздать, к вящему неудовольствию Белла.
Женщина, хотя и не собиралась расслабляться или выпускать дробовик из рук, не уловила двойного смысла слов Белла. Она провела ладонью по лицу и глубоко вздохнула.
— Господь всемогущий… Я предупреждала Клода, что он оставляет слишком мало охраны и кто-нибудь может этим воспользоваться…
— Они угнали только скот? Или взяли что-то ещё? — с кажущимся беспокойством, не выдавая особую заинтересованность, спросил Марстон, вытянув шею и глядя в сторону просеки в лесу. — Я не знаю… — внезапно ослабевшим голосом ответила миссис Глорифилд. — Мы с Матиасом заперлись в кладовой, я не видела…
Морган, остановившийся рядом с ней на лестнице, посмотрел поверх её головы на Джона, после чего указал ему глазами на женщину, призывая отвлечь её внимание на себя. А сам опять спустился вниз и кивнул Беллу. — Мы с мистером… Кроссби осмотримся на ранчо. Где-то здесь ещё могли остаться эти маньяки и, возможно, дожидаются удобной возможности взять реванш. А мы не с голыми руками и знаем, как обращаться с оружием. Мистер Кроссби!
“Мистер Кроссби” смачно сплюнул под ноги и двинулся в сторону от злосчастного дома, лениво вытащив револьвер и дав Артуру с собой поравняться.
— Полчаса назад, — повторил Морган, когда они оказались на достаточном расстоянии и вне поля зрения миссис Глорифилд. — За полчаса можно унести достаточно и успеть воссоединиться со своими. Белл ощерился, морща нос, пнул землю под ногами и кивнул согласно, но очень недовольно. — Можно, — бросил он, явно еще взвешивая все возможные “за” и “против”. — Если бы с нами было больше стрелков… — посетовал он досадливо. Он явно порывался что-то сказать еще два или три раза, а потом все же выдал. — Мы не можем вернуться с пустыми руками, — не встретив моментального понимания, Белл продолжил. — Их всего трое. Они успели налюбоваться нашими рожами. Тут даже стараться не нужно, все спишут на свежевателей. А в доме точно что-нибудь еще осталось. Не могло не остаться. Вместо ответа Артур оглянулся на оставшийся за спиной аккуратный двухэтажный дом. Ухоженное крыльцо, чистые окна, свежая краска на перилах; не два бруса в ограде, а три; не второсортная трухлявая доска на лестнице, а добротный свежий бук. Здесь, в глуши, для наметанного глаза всё говорило о богатстве ранчо, на убранство которого тратиться не было вовсе никакой нужды, особенно в виде соседей или проезжающих мимо путников. Морган присмотрелся и увидел в окне второго этажа цветастую занавеску, которая выбивалась из общей гаммы. Детская?..
Он отвернулся, и на его лице отразилась короткая борьба. За это время они с Майкой успели подойти к конюшне, возле приоткрытых дверей которой лежали тела троих убитых ими ублюдков. — Кое-что в доме осталось, — буркнул Артур, поднимая карабин и упирая его приклад в плечо, — трое невинных людей, которые чудом пережили эту бойню. На что ты спишешь их смерти, когда мы не обнаружим здесь ничего ценного?
Белл удивился, а затем качнул головой, растянув губы в усмешке. В словах Артура он нашел очень верный резон, о возможности которого сам не подумал, так что ему даже стало от этого осознания неприятно. Вероятность того, что кто-то сюда вернется так скоро, была ничтожна, а лишнее кровопролитие было и вправду ни к чему. Майка веско кивнул, а Морган добавил:
— Нужно проверить конюшню. Возможно, в этой корзине ещё могли остаться хотя бы перепелиные яйца. — Очень на это надеюсь, — буркнул Белл, открывая створку двери мыском ботинка шире, тем не менее не спеша вваливаться в помещение. Разжиться стрелой во лбу он сегодня точно не планировал. На первый взгляд, в конюшне не было врагов. В темноте добротных денников всхрапывали и сверкали глазами лошади; невысокий рост, изящный изгиб шей и точеные головы выдавали в них кентукийскую породу. Самый нетерпеливый из них, серый жеребец, скалил зубы и то и дело бил копытом в дверь, заставляя ту лязгать засовом и петлями, будоража остальных скакунов еще больше.
Дальше тянулась череда простеньких стойл. В них стояли отнюдь не спокойные двулетки и годовички. Они мотали головами, дергали веревки, заставляя всю конструкцию натужно скрипеть.
Молодые лошади поочередно издавали высокие крики и явно были готовы сорваться в панический галоп, не разбирая дороги, при первой возможности. Издаваемые ими звуки полностью перекрывали любой возможный шорох сена или скрип дерева на чердаке. Кричащие ноты лошадиной жизнедеятельности перекрывали все остальные запахи, даже такие настойчивые, как пороховой дым. От редких ударов лошадиных тел о деревянные доски конструкция временных перегородок содрогалась, развешанные на них уздечки и прочая сбруя покачивалась, клацая металлическими пряжками и удилами, не помогая поиску.
Душная какофония беснующихся животных, взбудораженных чужим присутствием, довольно быстро стала превращаться в новое перерождение тишины. Майка перевел свое внимание с темных углов, от которых холодный сквозняк приносил резкий запах свежего аммиака, на лошадей. Привязанные, они стояли спиной к проходу, призывая всякого чужака к особой осторожности. Судя по всему, это и был тот молодняк, о котором удалось узнать Беллу. Среди них были не только звонкие кентукийские, но и пара игреневых, явно тежеловозных кобылок, которые даже в таком нежном возрасте уже отличались солидным ростом и все еще многообещающе непропорционально длинными ногами.
Майка начал приглядываться к потенциальным утешительным трофеям, когда его придирчивый взгляд в неверном свете выхватил одну деталь. Голову тяжеловозной кобылки оплетал веревочный недоуздок, сделанный наспех из новой веревки. Та сверкала новизной и не успела даже обтереться о рыжие, нечищенные ганаши, и привязана она, как и пара других лошадей, была не к коновязи, а наспех к боковой перегородке.
Все размышления о том, почему эти скотокрады не увели лошадей, потеряли всякий смысл. Они просто не успели.
Слева раздался скрип, между редких досок стойл мелькнуло движение, а через мгновение раздался оглушающий звук трех выстрелов, слившихся в единую какофонию. Из-за досок выскользнуло и рухнуло хрипящее тело. Игреневая кобылка в панике и словно вовсе наугад ударила ногой позади себя. Раздался глухой, смачный хруст, показавшийся громче всех лошадиных воплей вместе взятых. Человек, упавший лицом, а точнее тем, что от него осталось, в прелую солому, больше не хрипел. Запах пороха, едкий и сильный, наконец перекрыл ароматы конюшни.
Прошло несколько тягучих мгновений условной тишины, после которых Майка выдал: — И как только этот говнюк сумел там так спрятаться? — он вдруг усмехнулся и даже повеселел.
— Эй, что такое? Сделай лицо попроще, Морган. Этот выползень явно не являлся хозяйским сынком… А если и являлся, то мы точно оказали его матери услугу.

+5

15

Артур приблизился к телу, никак не комментируя глумление подельника и не забыв держаться подальше от кобылы, и толкнул его носком сапога. Парень был мёртв, притом весьма надёжно — даже если его каким-то чудом не убили три пули, угодившие в туловище в районе сердца, охваченная ужасом лошадь точно выписала ему билет в один конец. Морган огляделся, намётанным глазом осматривая и пересчитывая животных, после чего обратился к Майке:
— Всех не уведём даже за пару ходок. Но здесь как раз три фокстроттера. Сколько эти твои “знакомства”, о которых ты упоминал, за них предложат?
— А ты не очень знаком с трудом ранчеров, да? — ухмыльнулся Майка. — Но я тебя понимаю. Стрелять по головам куда увлекательнее, чем грести навоз.
Белл вскинул руки в останавливающем жесте, словно решил сдаться, и все-таки вернулся к теме. Его явно глодала жадность, порожденная не самым удачным развитием их общего дела.
— Долларов шестьдесят за голову. Может, восемьдесят, если у лошадок есть породная иноходь. Хммм… А если их заклеймить, то можно и побольше за них стрясти. Ххе, — Белл почесал усы, наморщив нос. В глазах мелькнули искорки идеи и злого энтузиазма. — Вообще-то, если мы это сделаем, их можно будет продать в Валентайне за полную цену. С этим даже спешить не придется. Бить тревогу по пропавшим коням будет некому.
Начавший было ходить туда-сюда по конюшне в поисках того, кто ещё мог здесь спрятаться, Артур даже на секунду остановился.
— Затаврить, прикормить, приручить, поцеловать на ночь… Майка, ты уверен, что работаешь на того человека? С твоими задатками к планированию максимальной маржи тебе стоит предложить свои услуги Левиту Корнуоллу.
— Ну и что тебе не нравится, ковбой? — помрачнел следивший за ним Майка. — Если у тебя есть что-то получше, кроме твоего набившего всем оскомину сарказма, давай, выкладывай.
— Кое-что получше моего сарказма — простая арифметика, — с немного злой разочарованностью фыркнул Артур. — Даже если мы умудримся сбыть этих лошадей в лучшем случае по сотне через месяц, за вычетом половины кассы на нужды лагеря, это всего по пятьдесят баксов на рыло на троих. Плюс прокорм, плюс уход,
— Морган в сердцах взмахнул рукой. — Плюс как минимум три свидетеля в доме, мимо которых мы не сумеем проскочить вместе с лошадьми…
— Арифметика, значит? — Майка недобро глянул на Моргана и тоже прошелся туда-сюда, прежде чем продолжил. — Вот тебе моя простая арифметика, Морган. Твои свидетели не стоят и цента. Если хочешь, я высажу в них весь коробок патронов. Для ровного счета. И тут, о, магия простой арифметики для простого ковбоя. Помимо лошадей, здесь есть дом. А в доме точно осталось, чем поживиться. И, знаешь, по мне, так немного денег лучше, чем ни черта денег вообще. Если бы эта мысль почаще посещала девок и бездельников, сидящих в лагере на задницах ровно, все было бы немножко иначе. И, к слову, о лошадях. Я привык рассчитывать на меньшее из возможного вместо того, чтобы витать в облаках. А у вас в банде, кажется, это традиция, не меньше, — Белл махнул рукой, заставив ближайшую лошадь шарахнуться в сторону. — Эти люди уже мертвы, Морган. Если бы Марстон не понесся сломя голову, их бы прирезали свежеватели. Их жизни… Это ошибка. Досадное недоразумение, которого можно было избежать.
— “У-вас-в-банде”? — чуть ли не с ласковой вкрадчивостью переспросил Артур, почему-то из общего потока сомнительных изречений Майки Белла зацепившись именно за это.
“У нас в банде”. Разумеется, у “нас”. Впрочем, сказанного не воротишь, равно как в узком пространстве достаточно быстро не разорвёшь дистанцию с головорезом, которому вдруг вздумалось поиграть в благородство и который каким-то образом внезапно оказался ближе, чем было нужно для комфортного ведения спора на повышенных тонах. Пользуясь преимуществом в росте, Морган едва ли не навис над Майкой и некоторое время смотрел ему в глаза, прежде чем, понизив тон, зашипел не хуже пустынного гремучника:
— У нас в банде не убивают простой народ, Майка. У нас не трогают непричастных, любой из которых имеет полное право назвать ошибкой и досадным недоразумением то, что мы все до сих пор избегаем болтания на виселице. Именно поэтому мы пока не объявлены в розыск во всех штатах живыми или мёртвыми. Ты проделал серьёзную работу, отлично подготовился, мы попробовали — не получилось. Между нами и неделей набивания брюха в тепле встали две пережившие резню женщины. Благодаря нам пережившие! К тому же, одна из них с детьми. А ещё — больше не способный защитить их всех подранок. Хочешь или нет, но, без всяких “бы”, имеем то, что имеем — в этот раз придётся уйти с пустыми руками. Смирись и прими поражение. А ещё лучше — обрати внимание на ярмарку в Блэкуотере, куда съедутся фермеры со всего штата, и выручку…
На этих словах Артура прервал ещё один инородный звук, донёсшийся из-за ящиков и наваленного сена в дальнем конце конюшни. То ли всхлип, то ли стон — среди какофонии звуков, издаваемых встревоженными и успокаивающимися теперь лошадьми разобрать было непросто, но он явно принадлежал человеку. Мгновенно оборвав самого себя, Морган вскинул карабин и пошёл в сторону шума, кивком призвав прожигающего его взглядом, но пока ничего не ответившего подельника временно оставить спор и сделать то же самое. Они вместе, держа оружие наготове, преодолели короткое расстояние, отделявшее их от источника звука. Все чувства были обострены и сосредоточены на том, кто мог сидеть за ящиками, выжидая нужного момента для нападения. Но, скорее всего, нет. Скорее всего, человек, спрятавшийся там, не имел никакого отношения к налётчикам, а был такой же жертвой, как и испустившие дух бедолаги во дворе, которым повезло гораздо меньше. Это предположение не исключало, что он тоже может быть вооружён, так что, ожидая именно этого, парочка бандитов подошла ближе; Артур нырнул за наставленные друг на друга ящики, вскинув карабин, чтобы в любую секунду выстрелить в того, кто там находился.
Однако выстрела не потребовалось. Прижимаясь спиной к тюкам сухого сена, за ящиками действительно сидел человек. Однако его руки, способные держать оружие, были заняты; голова опущена, ноги судорожно напряжены; он зажимал обеими ладонями рану, из которой лилась кровь, обильно замочившая одежду и уже успевшая собраться в небольшую лужицу на полу конюшни. И тем не менее, он всё ещё был жив. И даже обнаружил в себе силы первым обратиться к спасителям остатков ранчо:
— Не стреляйте… пожалуйста… не…
— Ты кто такой? — без расшаркиваний бросил Майка.
В полутьме сложно было разглядеть человека, но тот вряд ли был одним из свежевателей. По крайней мере, он не вонял. По крайней мере, не как они. От него несло, как и положено ранчеру, лошадьми, навозом и кислым потом, его же одежда тянула на вполне цивильную для местных задворок.
— Не молчи, дьявол тебя забери, — рыкнул уже порядком вскипятившийся Майка, которому надоели стоны и хрипы.
— Ко… конюх… — слабо протянул человек, будто нарочно раздражая того, кого раздражать вовсе не следовало. — Работаю здесь… ухаживаю… меня сильно ранили. Мне холодно. Я умираю. Помогите…
Морган выступил вперёд и опустился на одно колено, желая разглядеть лицо работника фермы, впрочем, приклад заряженного карабина по-прежнему оставался почивать на его плече. Он несколько секунд осматривал ещё одного выжившего в резне, прежде чем, основываясь на каких-никаких знаниях о передрягах, в которые запросто можно встрять, и как из них следует выбираться, сделал вывод, что этот достаточно молод и крепок, чтобы выкарабкаться, если обработать рану, наложить тугую повязку, а затем срочно обратиться к медику. Точнее, мог бы выжить. Если бы не одно “но”.
— Я кто угодно, только не врач, но даже мне понятно, что ты слегка драматизируешь, — своеобразно подбодрил Артур, сцеживая остатки ускользающего сознания конюха и концентрируя их на себе. — Тебя ранили из оружия? Выстрелили?
Несколько секунд всхлипываний сопроводились глухим, отрывистым “угу”.
— Давно здесь сидишь?
— Не знаю…
— С полчаса?
— Наверное, — конюх попытался судорожно кивнуть, но только затрясся, как осенний лист. — В меня стреляли во дворе, была беготня... Я спрятался здесь. Ничего… ничего не помню…
— А ты точно не один из этих?
— Нет!
Артур сделал паузу. Даже если парень и мог соврать, то глаза и нос точно нет. Да, он конюх, да, он не имеет абсолютно никакого отношения ко всему, что здесь происходило. Но это был момент, когда должно было быть принято решение. Момент, когда совесть преступника должна очиститься и не возвращаться вместе с воспоминаниями о том, что можно было поступить иначе. О том, что непричастный в самом деле непричастен.
Особенно на фоне диалога, произошедшего всего минуту назад с Майкой Беллом, который теперь с особым удовольствием посмотрит на то, как слова не расходятся с действиями.
— Давно пришёл в сознание?
— Я его не терял…
Артур оглянулся, чтобы посмотреть на Майку. Где-то внутри мистера Моргана явно погибал неплохой следователь, отвлёкший внимание человека, абсолютно точно услышавшего всё, о чём здесь говорили, от отрицательного ответа на прямой вопрос.
— Я ничего не слышал, — резко оживился конюх, подтверждая эти выводы. — Слышал только выстрелы и лошадей!
— Ну, что ж, Артур, смотри, слава Богу, — с особой язвительностью отозвался Белл, вскинув руки и облокотившись об опорный столб, — у нас тут глуховатый конюх, а не свежеватель.
Морган, чьи нервы без того с самого утра напоминали расстроенное банджо, вполне оценил и позу, и интонацию.
— Нравится наблюдать? — без особого пиетета к будущей жертве прорычал он, оборачиваясь к подельнику.
— За кого ты меня держишь? — возмутился неискренне и почти лениво Белл. — Я — человек дела. А ты? — Майка усмехнулся, игнорируя хрипы и сипы конюха. — Старина Артур размяк в мечтах об одном большом ранчо на всех, где он будет дергать коров за теплые сиськи, вместо того, чтобы давить на спусковой крючок? У него теперь дрожат руки делать настоящую работу?
— Заткнись, Белл… Заткнись…
Карабин с грохотом упал на пол, заглушая попытки раненого конюха оправдаться: что он ничего не понял, даже если и услышал, что никому ничего не расскажет и уж точно не запомнил названные имена… Его дёрнули за плечо, отрывая от опоры, и совсем скоро сильная рука до хруста в позвонках сжала его горло. Хрипел, булькал и сопротивлялся он недолго. Даже если в лучшие времена он мог дать подобие боя, то теперь, ослабленный кровопотерей и длительной гипотермией, он испустил дух буквально в течение минуты. Дело было сделано — бедолаги, который стал случайным свидетелем необязательного диалога, не осталось.
Впрочем, Майка вряд ли оценил, что вместо того, чтобы просто бросить обмякшее тело, Артур подставил ему под спину ладонь, аккуратно опуская на пол. Хотя бы так — этот человек не заслужил пренебрежительного отношения. Просто так было надо.
Белл оторвался от опоры и чуть подался вперед, заглядывая Артуру за плечо, но в том было лишь практичное любопытство.
— Совсем другое дело, — с мрачным, бесстрастным удовлетворением подбодрил Белл. — Хотя… а ведь знаешь, нет. Дело совсем не другое. Тоже человек, тоже невиновный…
На этих словах Морган резко снова оказался на ногах. При этом, судя по тому, как близко к Майке, вместо него ясность в ситуацию должен был внести его кулак.

Отредактировано Arthur Morgan (2022-11-09 13:23:57)

+5

16

Именно эту сцену застал Марстон, ворвавшийся в конюшню явно с какой-то новостью, но тут же перефокусировавшийся на происходящее.
— Какого черта?! — выпалил он. — Враги закончились, взялись друг за друга?
— Да ну, что ты, всего-навсего философский спор, Джонни, — отозвался Майка почти легкомысленно, но при этом весь фокус его внимания был на Артуре; он явно готовился дать отпор в случае, если здоровяк Морган решится перейти к более тяжелым аргументам. — А у тебя что?
Джон долго и с нескрываемым подозрением смотрел на одного, потом на другого. Артур за это время немного опустил плечи и отступил на шаг назад, но явно не пасуя, а просто потому что момент был упущен. Он качнул головой, но счел, что любые споры между этими двумя можно оставить им самим, тем более, что есть вопросы более насущные.
— Хозяева хотят дать нам денег за помощь. И обещают еще больше, если мы поможем им добраться до города, — он кивнул головой в сторону дома, невидимого за стеной конюшни, — зовут всех обсудить.
— Видишь, Майка, — Морган слегка сощурился и приподнял подбородок, — ты не зря всё это спланировал.
— Что за черт? — еще раз спросил Марстон, впрочем, не особо надеясь на ответ. Он быстро стрельнул глазами по амбару, зацепившись взглядом за все мелочи — от трупов конюха и свежевателя до лошадей, все еще неистовствовавших от запаха крови и отсутствия привычных успокаивающих хозяйских рук.
Майка только сплюнул в стоптанную солому и направился к выходу, едва не толкнув Джона плечом.
— Я говорил, здесь будет чем поживиться. Так. Или иначе, — он толкнул створку конюшенных ворот. — Не забудьте свои имена от восторга, красавчики.
Артур проводил Белла взглядом и шумно выдохнул, раздув щёки. Он поравнялся с Джоном, в мрачном взгляде которого читались сплошные вопросы, и кивнул вглубь конюшни, туда, где из-за ящиков были видны ноги убитого работника ранчо.
— Конюх, — пояснил он, — случайно подслушал то, что не должен был.
Марстон бросил на труп короткий взгляд, потом с пониманием кивнул, но тут же нахмурился.
— А этот, — едва не выплюнул он, мотнув головой в сторону вышедшего Майки, — только рад, да? Омерзительный тип… Ладно! Пошли к дому. В конце концов, мы же, ну… начали это дело. Датч не бросил бы тех, кто нуждается в помощи и готов за нее заплатить.
— Датч то, Датч это… — пробубнил под нос так и не выплеснувшийся Артур, вешая карабин обратно на плечо, — когда ты уже начнёшь думать своей головой? Кстати, об этом. Как ты там им представился?
Джон коротко вздохнул, но пропустил выпад Артура мимо ушей.
— Марк Джонсон, — сообщил он, направляясь к выходу из конюшни быстрым шагом, потому что явно не желал давать Майке возможность перехватить инициативу в разговоре с владельцами ранчо. — Быстрее, иначе можем опоздать к торгам.
— Ты даже не представляешь…
Бросив последний взгляд на выскользнувшие из рук великолепные гарантированные сто восемьдесят долларов, которые продолжали гарцевать, привязанные внутри конюшни, Артур нагнал Джона. Они оба не выпускали Майку Белла из поля зрения, каждый — по своим причинам. Но рассказывать обо всём произошедшем было не досуг.
— Они хотя бы приблизительно озвучили сумму своего спасения?
— Ага, конечно, — обходя чью-то отрубленную руку, вмерзающую в лед, ответил Марстон. — Говорили, что щедро. Но сомневаюсь, что будет больше полусотни.
Он вздохнул, на ходу еще раз почти равнодушно оглядел место бойни, а потом достал из кармана сигареты и протянул одну Артуру. Тот от сигареты, на удивление, отказался.

Подпись автора

https://i.imgur.com/hAOO1lV.png

+1

17

Они зашли в дом одновременно с Майкой. Матрона все еще цеплялась в дробовик, но уже сидела на диване возле растопленного камина и всем своим видом источала усталость и даже сломленность. Раненый работник ранчо сидел на кресле напротив, его нога была наскоро затянута бинтом, а молодой женщины видно вовсе не было.
Миссис Глорифилд при виде визитеров тут же выпрямилась, стряхивая с себя все признаки слабости.
— Вы очень помогли нам, — негромко сказала она. — Будем честны, если бы не вы — мы бы все погибли. А ведь наверху дети, Миранда сейчас с ними… И мы не можем оставаться здесь. Нам нужно в Блэкуотер. Согласитесь ли вы еще раз помочь нуждающимся?
— Как я говорил, мы очень заняты… — с довольно прозрачным намеком в голосе ответил Марстон.
Взгляд женщины стал еще острее.
— Я понимаю, мистер Джонсон. Хозяин ранчо вам заплатит в городе.
— Боюсь, мы направлялись от города, мэм, — вставил Артур, мельком оглядываясь внутри дома, убранство которого было аккуратным, но не более — никаких излишеств, картин в золотых рамах на стенах или сверхдорогой мебели; услышав о детях, он неуловимо переменился, но эта перемена никак не повлияла на будущий торг. — Нас ждут совсем в другом месте, и довольно скоро. Мы не сможем вас сопроводить.
На лице матроны тенью пролетела смесь негодования, опасения и хорошо скрытого отвращения. Но после она немного опустила плечи.
— Хорошо. Даже если вы поможете просто выбраться из леса… В городе Клод предложил бы вам намного больше. Я могу вам заплатить, — она опять вскинула глаза, не колючие, но внимательно острые, — но это может быть не та сумма, к которой вы привыкли.
Майка фыркнул, едва сдержавшись от емкого оценочного ругательства, и качнул головой словно в отрицании чего-то. Для него все происходящее походило на какой-то никому ненужный фарс. Тем не менее обещание денег в Блэкуотере звучало почти заманчиво. Почти. Рассчитывать на благонадежность незнакомцев, особенно оказавшихся в беде, было делом изначально глупым. Как правило, как только страх и чересчур уж яркое осознание собственной смертности испарялись из крови, а портки просыхали, пострадавший начинал считать доллары в кармане, а красноречивые обещания отдать половину имущества, пригласить на свадьбу не родившихся внуков и прочий лепет иссякали, как мелкая речушка в засуху. С людей в беде стоило вытряхивать материальную благодарность сразу же. Тем более, добротный, но скупой на антураж дом уже многое говорил о хозяевах. Они вкладывались в то, что действительно шло на пользу ранчо и их общему делу. В холеный скот и лошадей, в содержание и разведение оных. Хозяйственные, но скупые на глупые излишества люди.
— Мэм, — подал голос Белл прежде чем это бы сделали его подельники. — Нам вообще не шибко привычно вызволять семьи ранчеров посреди черт знает где, отбиваясь от каких-то больных ублюдков, уж, простите мне прямоту моей речи. Потому наш прейскурант не включает в себя пункт рискования собственными головами в пользу полнейших незнакомцев из чужого штата.

0


Вы здесь » Neutral Zone » The Hero's Journey » Ограбление по-... :: RDR


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно